В ШУМНОМ ЗАЛЕ РЕСТОРАНА…

Ах, да! Знакомство. Столики в каком-то ночном баре рядом стояли, мы сидели друг к другу в полоборота. Нет, ну посматривал, конечно, – жгучая брюнетка, профиль римской матроны. Фигура обалденная. За пределами края приходилось слышать шутки про владивостокских девушек, что они, мол, от постоянного хождения по семи холмам уже генетически рождаются с низко посаженной…м-м-м… мягкой частью спины. У этой с «посадкой» все было в норме. Взгляд, правда, какой-то бешеный. Под такой взгляд подходят две противоположные крайности достоевских мужчин – от князя Мышкина до Парфена Рогожина. Это если ее классически замуж выдавать. Но замуж она явно не собирается.

- Тебе нравится? – слегка дернула она меня за рукав. -Блондинка за вашим столом?

Я, признаться, и не заметил, когда мой товарищ успел кого-то подсадить за столик и мило общался, стараясь перекричать гром кислотной музыки абсолютно не подходящими для такой тональности словами.

- Нет, – честно признался я. – На куклу похожа. Неживая какая-то.

- А я бы с ней переспала, – ошарашила она меня неожиданным откровением. – А кто тебе нравится здесь?

- Не присматривался, – попытался я отшутиться. – Может, ты.

- Я не в счет, у меня другие планы, – запротестовала она.

- У меня тоже, – я хотел отвернуться, но она придержала меня за рукав.

- Не обижайся, – мягко попросила она. – Меня Ия зовут…

Ну вот так, собственно, и перешли к содержательной беседе. Вначале долго воевали, устанавливая пальму первенства, – шуточки, отходы – подходы. Очень быстро раскусив друг в друге стреляных воробьев, переключились на откровения, родственные встрече случайных попутчиков в поезде дальнего следования. Это когда каждый из собеседников думает, что никогда больше не увидит другого. Меня особо на выворачивание души наизнанку не тянуло, а вот ее послушал с удовольствием. Так что в некотором роде я все-таки победил. Хотя, что ей в ее нынешнем положении подобные победы…

ПЕРВЫЙ ПОШЕЛ

- В такие клубы я хожу, когда мне действительно хочется развеяться, выпить, ну и так далее. Для нормальных знакомств эти места неподходящие, – рассказывала она мне чуть позже.

Приехала Ия в этот город сразу после окончания школы. С дипломом почти круглой отличницы она не очень переживала за вступительные экзамены в один из престижных вузов краевой столицы. Тем более, что диплом был не липовый, а, так сказать, выстраданный прилежанием и усидчивостью. Поступила с ходу, за учебу взялась с жаром, но, присмотревшись к окружающей жизни, очень быстро поняла, что не все в ней зависит от прилежания. Вузовский диплом был очень слабой гарантией на безбедное будущее, о котором она мечтала в родном поселке. Нужны связи, полезные знакомства и все такое. В городе у нее не было ни родственников, ни друзей. Университетские подруги не в счет – какой с них прок? Так, на дискотеку какую бесплатную сходить за компанию или развести соседских пацанов на вино. Ну, отдашь пять лет учебе, а дальше что? Опять в поселок?..

В особые моральные устои она себя никогда не загоняла, но и в безотказных «давалках» не числилась. Мысль о том, что женское естество – это, пожалуй, единственный козырь в ее нынешней жизни, пришла, как озарение. Но идти в фирму досуга не хотелось – обыкновенный конвейер, как на фабрике, к тому же осложненный риском подцепить какую-нибудь заразу или постоянно быть на бесплатном обслуживании «крышевиков». «Формы»-то у нее очень даже ничего. Все получилось само собой.

Возвращалась поздно вечером из ночного клуба, торопилась, чтобы успеть до закрытия общежития. Остановила «мотор», а там Он. Сейчас даже не помнит, как его звали, – Эдик, кажется. Так, ничего особенного, из «середнячков» – в ресторан пару раз в месяц может сводить и еще раз пять куда подешевле. Вместо «сотика» обходится пейджером, откладывает деньги на покупку новой машины. Вернее, откладывал. Сам напросился.

Нет, в первый вечер ничего не было. Отвез в общежитие чин по чину, на следующий день приехал, пригласил в какое-то новомодное кафе. Она вначале делала вид, что стеснялась, – спрашивала всегда цены, куда бы они ни ходили, упрекала его в мотовстве. Потом незаметно стала занимать лидирующие позиции, а когда поняла, что может вить веревки из бедного Эдика, то намеренно зазывала его туда, куда самостоятельно никогда бы и не попала, – казино, какие-то презентации.

Если честно, то были мысли зацепиться за этот город штампом в паспорте. У Эдика хоть и однокомнатная, но своя квартира, но уж как-то он быстро сдулся. На свой день рождения через полгода она заказала колечко, и этот чудак продал свою тачку, чтобы преподнести ей мелкокаратный «брюлик». А через пару недель она познакомилась с Алексеем.

БЫКИ И КОРОВЫ

Он, конечно, изрядно «понтовался», когда рассказывал о своих крутых подвязках в криминальном мире. Очень быстро Ия поняла, что он из тех, про кого говорят – «машины на стрелках протирает». Но деньги у него водились. Тупой, правда, как баклажан. Башка метр на метр, и, кажется, что слышишь, как в ней что-то перекатывается при малейшем движении. Развести его оказалось раз плюнуть. В первый вечер сидел с важным видом надутого индюка и втирал ей, что знает женщин, как облупленных. Мол, его так просто не возьмешь, он на них собаку съел и еще сорок раз подумает, прежде чем связываться с первой попавшейся шлюшкой, ну и все в таком роде – отрывался, короче, по знанию женской психологии. Она делала круглые глаза: да что вы говорите? да я бы так никогда не подумала! а вот это вы верно заметили! вы просто всех насквозь видите!…

Ночью, лежа под его тушей и едва успевая отворачивать лицо от капель пота, беспрестанно стекавших с его пыхтящей жирной физиономии, она про себя праздновала победу над его посконной философией и прикидывала, во сколько обойдется ей новый ангажемент, если за ужин Алексей заплатил больше 50 баксов…

Новый пансион оказался куда круче прежнего. Для него что-то вроде колечка на день рождения не представляло больших сложностей. Деньгами он, правда, не сорил, на руки почти ничего не давал, но покупал практически все, что она хотела. Разве что в тачке отказал, хотя мог и не отказать – просто она поторопилась с реализацией желаний и едва не отпугнула его материализацией их отношений.

На ошибках учатся. Больше она таких промахов не делала, научившись не просить, а исподволь подводить мужчин к предложению того, чего ей хочется. С Алексеем все продолжалось еще меньше, чем с Эдиком. Однажды он решил прихвастнуть своей «классной телкой» перед действительно «крутыми ребятами», и она «перешла» к Артему.

Тема был «быком», и «бычья» специализация не оставляла Ие никаких шансов на самостоятельность. С ним было хуже, чем с Алексеем. Особых нежностей он не признавал. Сняв ей квартиру, фактически замуровал ее в четырех стенах. Для него она была вещью, которой он пользовался, когда хочет. Никто не имел права на эту вещь, кроме него. Взамен он удовлетворял ее мелкие женские материальные потребности. Иногда подбрасывал пару сотен баксов дополнительно, но требовал, чтобы она тратила их на шмотки, а не на ночные прогулки по клубному городу.

Единственный положительный момент в таком существовании соотносился с Эдиком, которого Тема навсегда отвадил от нее. До этого Эдик преследовал ее повсюду, уговаривая вернуться к нему. Однажды Алексей разговаривал с ним по просьбе Ии, но безрезультатно. Тему она ни о чем не просила, но в один прекрасный день, застав Эдика у дверного звонка ее квартиры, он увел его вниз по лестнице, и Эдик в ее жизни больше не появлялся. Кстати, что он там наговорил Теме во время их разборок она не слышала, но именно после этого случая он впервые поднял на нее руку, даже шлюхой назвал. Спьяну, конечно, но все равно обидно. Особых эмоций он у нее уже не вызывал. В постели он был слабоват и шаблонен – минет, потом пристраивался сзади и через пару минут отваливался на боковую. Это если приходил. Поэтому его арест она восприняла не только с тревогой за свое будущее, но и с некоторым облегчением.

Универститет она к тому времени забросила, так и не сдав сессию за второй семестр. Свободного времени было море, а каких-никаких сбереженных денег хватило на благоразумную паузу. Ей необходимо было разработать несколько типажей поведения, каждый из которых исключал бы вариант, когда в отношениях с мужчиной что-то зависело бы не от нее, как в случае с Темой. Подобной ошибки она больше не допустит.

СТОЛПЫ ВОЛЬГОТНОЙ ЖИЗНИ

Потом было много «вариантов», но не очень надежных и, по ее желанию, краткосрочных. Первый «столп» в ее жизни появился с год назад.

Женатый, солидный бизнесмен. Пятьдесят лет, но если его хорошенько «разогреть», то даст фору любому молодому. Этим она его, кстати, и взяла. Пришлось включать фантазию на полную катушку, литературку кой-какую бульварную почитать. Когда она впервые встретила его в школьном фартучке и белых гольфах, он был слегка ошарашен, но возбудился чрезвычайно. Они много экспериментировали. Она позволяла ему и провоцировала такое, что он мог представить только в самых смелых порно-фантазиях. Сейчас чувствует, что привязала его к себе навечно.

С женой он, конечно, разводиться не будет – двое взрослых детей, сын ее ровесник, с женой прожили вместе лет 25, знакомы со школьной скамьи. Да ни Ие, ни ему этого не надо. Она и без того составляет часть его жизни, и у нее свои планы на будущее. Денег он на нее не жалеет. Каждую неделю выдает – когда три, когда четыре, а когда и пять сотен баксов. Она уже может позволить купить себе квартиру, но хочет еще немножко подсобрать на перепланировку. Эти совковые клетушки ее не устраивают.

С недавних пор появился у нее и еще один постоянный «спонсор».

Обещал очень скоро подарить небольший джипик, чтобы она могла самостоятельно выезжать к нему в загородный коттедж. Со свободными средствами у него похуже – но говорит, что имеет большие связи в краевой администрации. Джип, может, и не подарит, но у нее возникло желание открыть какой-нибудь бизнес, чтобы упрочить тылы на случай непредвиденных обстоятельств. Так что связи с властями понадобятся. К тому же надо бы уже подумать и о семейной жизни. Все-таки 25 лет. Мужа искать, конечно, надо среди «своих». С бедного ничего путного не выйдет. Даже если будет помогать в бизнесе, то в него уже генетически заложена неуверенность в себе, а слабаков она не любит…

- Ты то, наверно, тоже на трамвае ездишь? – вдруг спросила она меня.

- Бывает, – признался я неловко.

- У меня дома есть костюм гувернантки. Тебе нравится? – без всяких переходов перешла она к делу.

- Интересно, – неопределенно отозвался я. – Только я, как бы это сказать, в настоящий момент не совсем один.

- Жаль, – разочарованно вздохнула она. – Иногда хочется и для души чего-нибудь. Я завтра на пару недель улетаю в Таиланд. Запиши мой телефон, может, у тебя к тому времени что-нибудь изменится…

И направилась к выходу, высокая, красивая, независимая…

Александр ВЕРБИЦКИЙ.

“Добрый день”

Если Вам интересно прочтите мое сообщение, если Вы не ответите мне, значит я пойму, что Вам не интересно мое предложение. Хочу найти человека БЛИЗКОГО ПО ДУХУ, жаждущую новых впечатлений и занимающую определенную позицию женщину. Женщину страстную, нежную, раскрепощённую. Хочется незабываемого общения и умопомрачительного секса. Женщину для реального общения, которая по достоинству оценит меня. А я – обязательно вознагражу ее лаской, нежностью и страстью. Хочу понимать и быть понятым. Полная открытость, раскованность, раскрепощённость, и только тогда можно дойти до высочайшей точки удовольствия и наслаждения. Хотелось бы встретить и найти женщину, порядочную во всех отношениях, состоявшуюся как личность, имеющую не только желание, но и возможность общаться. Женщину, которой не хватает редких, эмоциональных, постоянных, нежных отношений, отношений без обязательств, претензий и упрёков, которые будут расторгнуты сразу же по желанию одной из сторон. Главный принцип отношений с обеих сторон «не навреди»… (думаю, не стоит упоминать о наличии в анкете слов «женат» и «не хочу быть спонсором»?)…
Кто не поведется на это «соловьиное пение»?! Кому не хочется «ласки, нежности и страсти»?! «Эмоциональных постоянных нежных отношений»?! «Незабываемого общения и умопомрачительного секса»?! Чем же, как правило, оборачиваются эти словеса на деле? Пара часов в гостинице… «Крошка! Ты великолепна! Я позвоню, как только смогу вырваться от жены…» Считается, что женщина должна получать удовольствие от техничного секса, а если нет, то это с ней что-то не так! Не говоря уже о махровом эгоизме, которым пропитано каждое предложение «мне, мне, мне! А я отблагодарю…» Чем?! Видимо тем, что получит от этого секса «незабываемые» впечатления!

Я «страстная, раскрепощенная, занимающаяся и имеющая», задумалась… А почему я должна довольствоваться малым?! Этими крохами с чужого стола, да еще и не предъявлять претензий?! Все равно, что конструктора заставить работать дворником, да еще и требовать от него благодарности! В общем, я выбрала мужчину, в анкете которого значилось «готов оказать материальную поддержку».
- Добрый вечер!
- Добрый! Анкету мою читали? Я ищу любовницу…
- И как Вам удалось понять, что я любовницей быть не могу?
- Не обижайтесь, но разве Вам надо 5-6 раз в месяц на пару часиков?!
- Не имею ни времени, ни желания уделять мужчине больше внимания. К тому же, я сейчас в стесненном материальном положении, так что поддержка мне не помешает.
- Тогда, может, встретимся?…
Встреча

На встречу я ехала, как на собеседование. Необычность ситуации привела меня в крайнюю степень возбуждения! Я представила первые заработанные своим телом рубли, и пришла в неописуемый восторг! В кафе я была в ударе! Восторг на лице моего мужчины свидетельствовал о том, что первое собеседование я прошла. И когда я сказала, что мне пора в спортзал, отпускал он меня с большой неохотой… Только я вышла с тренировки, он опять позвонил. «Я хочу Вас увидеть… Сейчас!»…

Ну, конечно же, мне повезло! Мужчина, которому я «продаю» свою любовь, великолепен во всех отношениях! И если бы не два обстоятельства, как-то его жена и деньги, наши отношения можно было бы считать романом. Пять-шесть «парчасов» превратились в совместные ночи и встречи при любой возможности «хоть взглянуть на тебя…» Смс-ки с пожеланием «доброго утра» и «спокойной ночи», полные страсти письма на ящик… Всего этого у меня в избытке… Я тоже не остаюсь в долгу и дарю ему все то, чем владею в совершенстве, искусство секса… продажного секса…

Отношения «без претензий»

P.S. Возможно, именно деньги помогают сохранить наши отношения «без претензий». Он спокоен в отношении того, что я буду претендовать на место в его жизни, а я не чувствую себя изнасилованной…

Мы ведь с тобой никогда до этого не говорили о нем: ты тактично избегала даже намеков, но теперь, кажется, настало самое время. В этой маленькой комнате, которую, кстати, оборудовал он, я приобретаю возможность думать и говорить откровенно, мои мысли ясны сейчас, как никогда раньше. Я хочу рассказать тебе о моем «покровителе».

Он не молод уже, да что скрывать, он старше меня не меньше, чем на двадцать пять лет, но это не показатель. Он элегантен, в костюме его нет ни единой лишней детали, от него всегда веет дорогим хорошим одеколоном, он умеет завязывать галстуки, как ни один ранее виденный мною мужчина ( а уж, поверь, повидала я их немало!). Он тщательно следит за собой, занимается спортом и не терпит неряшливости и беспорядка в вещах. Я никогда не видела у него немытых волос или грязных ногтей, что, конечно, оказывает огромное влияние на всякую женщину, а тем более, на меня.

Он очень образованный человек, каждый вечер он просматривает свежую прессу и заинтересовавшие его вещи непременно подчеркивает красным карандашом. А еще он никогда не ложится спать, не посмотрев «Новости», ему обязательно знать, что за день произошло в мире. Деньгам же он не придает никакого значения, по крайней мере, при мне. Я имею право выбирать все, что угодно, он никогда не противится и готов выбросить невероятную сумму, если вещь заслуживает одобрения. Я частенько советуюсь с ним при выборе платьев, и ни разу еще его слова не обманули меня. Что и говорить, вкус у него действительно потрясающий.

Не встретив его, я бы так и не узнала, до какой степени узки мои знания. Он буквально открыл мне глаза на окружающий мир. Сколько вокруг нас, оказывается, существует непознанного, а мы даже не удосуживаемся поглядеть по сторонам. Благодаря его воспитанию я услышала прекрасную музыку, я наслаждаюсь ею, и, поверь, она гораздо глубже, чем нам раньше казалось; насколько мы тогда были поверхностны! Я не осмеливаюсь утверждать, что познала законы человеческой мудрости, но все же я стала более понимающей, чувственной, что ли. Он сделал меня такой! Он привил мне любовь к чтению книг, я и не подозревала, насколько правдиво их содержание! Именно он втянул меня в театр – в этот магический мир сцены и призраков. Если б ты знала, сколько пьес и спектаклей мы переиграли между собой! Между прочим, он говорит, что у меня неплохо получается, в связи с чем я подумываю о получении высшего образования в «Мире искусства», кто знает, чего я достигну…

Вот, собственно, и все, что касалось его и моей коротенькой жизни…

Его можно сравнить с ощущением полета и всеобъемлющей внутренней теплоты. Когда будто и нет огромного холодного пространства мира, а есть ты в нем – неизмеримо маленькая, но такая же важная его частица, как целая Галактика. И тебе в эти мгновения доступны какие-то великие откровения жизни, которые запечатлеваются глубоко в незримых извилинах твоего мозга и неуловимой памяти тела.

Тогда, именно в тот момент, ты, быть может, не осознавая этого, испытываешь счастье. Но выглядит оно порой так обыденно, как простое ощущение тепла. Понимание этого приходит позднее, когда ты откапываешь в душе залежи былых впечатлений и чувств. И осознаешь вдруг, что никогда не была так счастлива, как в тот момент… И стремишься повторить его, найти и больше не отпускать…

Зима в том году выдалась суровая. В середине января на город обрушился страшный мороз. Заледенел и разрядился от холода тяжелый воздух мегаполиса, застыли в отчаянии снежные пустые парки, осиротели простоволосые памятники, и, оцепенев от колючих объятий ветра, покрылись инеем редкие фигуры прохожих. Город словно вымер, только тысячи огней маленьких окон придавали ему некий ореол надежды, потому что за ними теплилась жизнь. А впрочем, не всем сегодня было тепло дома…

Маринка жила в спальном районе на окраине города в стандартном среднестатистическом панельном доме старой неутепленной конструкции. Со всеми вытекающими отсюда последствиями: холодными темными лестницами, дребезжащим лифтом и огромными щелями во всех мыслимых и немыслимых местах. Сквозь них звонко, во всю свою свистящую мощь, сочился ледяной отравленный ветер города…

От холода за пару последних дней под окошком выросла тонкая снежная паутина, батарея, состоящая из двух жалких пластинок, была чуть теплой, а на старом градуснике за окном закончились деления, показывающие степень охлаждения любимого города.

Маринка замерзала катастрофически. Она натянула на себя все свои теплые вещи, включила на кухне газ, села в уголочек под большой и теплой настольной лампой, обняла горячую чашку с чаем и глубоко задумалась. Вчера ей предложили стать содержанкой…

Точнее все, конечно, было намного тоньше и деликатнее. И немного смахивало на любовь. Совсем немного, чуть-чуть… Петр Васильевич, непосредственный начальник, вызвал ее с утра «на ковер» и неожиданно предложил повышение. Нельзя сказать, что для Маринки это было полной неожиданностью: она долго к этому шла, развивалась, старалась расти, занималась самообразованием и действительно преуспела. Благодаря ее стараниям компания заключила две значительные сделки с крупными клиентами, оставив далеко позади все конкурирующие фирмы. Это было огромной удачей. Маринка внутренне ликовала, внешне сохраняя достоинство и сдержанность строгой двадцатисемилетней бизнес-леди, просто выполняющей свою работу. Но когда контракты были подписаны, ей так и хотелось проскакать по офису лошадкой и заорать изо всех сил, как иногда делает ее семилетний сынишка, забавно сгибая руки в локтях и показывая кулаки: «Йес-йес-ейс!».

Петр Васильевич давно оказывал Марине знаки внимания. На последней корпоративной вечеринке он даже пригласил ее на танец, в остальное время очень вежливо здоровался и провожал ее долгим ласковым взглядом, на дне которого горел какой-то волнительный загадочный огонек.
У босса была семья. И Марина хорошо об этом знала, потому что жена его часто присутствовала на деловых фуршетах. Марина, в качестве консультанта и переводчика, бывала в неформальной обстановке дружеских встреч с партнерами в ресторанах и загородных поездках. Французы, с которыми обычно проходили переговоры, что греха таить, были такими же людьми, как и мы. И очень уважали непротокольное общение, в ходе которого иногда решались самые важные вопросы бизнеса. На такие встречи принято было брать семью.

Кроме жены у Петра Васильевича было двое детей. Двое мальчишек: один – пятнадцатилетний худенький подросток, другой – чуть старше ее собственного сына, очаровательный кудрявый малыш, который всегда смешно кланялся, здороваясь с ней.

- Присядьте, Марина Сергеевна, – приветливо улыбаясь сказал шеф, когда она вошла в его кабинет. «Алиса, прошу нас не беспокоить в течение тридцати минут», – выглянул он в кабинет секретаря и плотно прикрыл за собой дверь. – У меня к вам не совсем обычное предложение. Я очень доволен вашей работой и хочу предложить вам место начальника отдела. Не спорьте, вы это заслужили. И вы справитесь. И я рад, что при этом зарплата ваша увеличится в два раза.

Откровенно говоря, Маринка и не собиралась спорить, но щеки невольно покрылись румянцем, и внутри все завибрировало от радости. «Наконец-то мне повысят зарплату, и я смогу сделать ремонт в квартире», – подумала она. А вслух сказала:

- Спасибо за доверие. Постараюсь вас не подвести.

- Но это еще не все. Я давно к вам присматриваюсь. Вы мне очень нравитесь. В вас столько мягкой женственности, красоты и шарма. Когда я смотрю на вас, я превращаюсь в мальчишку. Возможно, это звучит нелепо и глупо, но… что вы делаете сегодня вечером? – Выпалил он. И глаза его, переполненные тем самым таинственным светом, заполыхали так пронзительно, что Маринка невольно подняла голову от удивления и слегка отшатнулась назад.

- Но… я… – слова замерли в середине наэлектризованного пространства кабинета, не желая складываться в предложение.

- Я знаю, что это звучит как безумие. У меня семья, дети, и я никогда их не брошу. У вас тоже, кажется, есть ребенок… Но я ничего не могу с собой поделать! В последнее время со мной происходят какие-то немыслимые вещи. Если бы я хотя бы мог надеяться, что мы будем видеться пару раз в неделю, чтобы я мог на вас смотреть… Вы не представляете, как мне приятно на вас смотреть. Вы такая… Вы достойны многого. И я готов дать вам это: деньги, украшения, машину – всё что вам надо. Мне хочется многое сделать для вас. А вы…Позвольте мне иногда видеться с вами не в офисе, а где-нибудь…

- Я вас не понимаю, – от смущения голос ее потускнел. Она никогда не попадала в подобные ситуации, и еще ни один мужчина не говорил ей таких слов. Бывший муж и ровесники, с которыми она общалась, не спешили осыпать ее комплиментами, и ей всегда казалось, что она обыкновенная серая мышка, незаметная, сомнительно симпатичная и совершенно бесцветная. А тут такое…

Голова шла кругом. Только сейчас Маринка в полной мере ощутила смысл этого выражения. В принципе, ей не знакомо было состояние полного разброда мыслей. Она всегда старалась приводить их в порядок, тщательно взвешивая слова и поступки, выстраивая их в логические цепочки и выдавая умозаключения, которые вытекали из неторопливой и вечно движущейся реки ее мыслей. Но сейчас река вышла из берегов и стремительно неслась куда-то, к каким-то неведомым каменистым порогам, чтоб рухнуть с высоты водопада тысячью серебряных искр отчаяния, радости, недоумения, гордости, страха, счастья – еще Бог весть чего, так неожиданно нахлынувшего на нее после странных слов шефа.

А он присел перед ней на корточки, взял ее руки в свои и мягко сказал: «Совсем ледышки. Я и забыл, что у нас стоят такие морозы. Никуда мы сегодня с вами не поедем, идите-ка вы домой греться». Он грел ее руки своими теплыми ладонями, поднеся их к губам и нежно целуя. Это было так здорово! И в то же время страшно…

Маринка осторожно высвободилась из плена мощно хлынувшей в ее сердце живой энергии его желания и привстала.

- Это так неожиданно… Я не готова… – Пробормотала она и повернулась в сторону двери. – Позвольте, я пойду.

- Да, конечно. Я понимаю, я вас испугал. Вы подумаете над моим предложением? – Сказал он с надеждой в голосе и посмотрел в ее глаза.

- Да, простите, я пойду, – почти шепотом сказала Марина и вышла из кабинета.

Странное ощущение: теплая чашка еще греет руки, а вокруг холодно, и ноги в шерстяных носках просто заледенели, словно примерзли к холодному полу. То же самое творится и в жизни. Она вспоминала его теплые ладони и нежное прикосновение губ к ее холодным рукам, такое горячее, как эта чашка, а все остальное вокруг – лишь морозное пространство ее одиночества и полного отсутствия личной жизни. И все сама, сама… Добивайся всего сама, ребенка расти сама, краны текут – сама. Телефон не работает – ремонтируй, денег нет – зарабатывай. И спи одна в холодной ледяной постели. Когда Марина подумала о том, что придется нырнуть в холодную постель и долго согревать ее своим телом, ей стало тоскливо и совсем плохо…

«А может согласиться? Вдруг это на самом деле возможно… ну чего я жду от жизни? Великой любви? Но это у меня уже было. И любовь, и постоянная ругань из-за нехватки денег, плохого жилья, отсутствия работы и невозможности что-то изменить. Любовь ушла, изгнанная из жизни безжалостными реалиями быта. Она разбилась, как старая хрустальная ваза, неосторожно оставленная на краю стола… И больше не склеить ее, потому что разлетелась она на мелкие осколки, один из которых так и засел в сердце навсегда, словно кусочек кривого зеркала, мешая жить и воспринимать окружающий мир как великий подарок судьбы.

И так надоели все эти жалкие условия выживания на грани полного вымирания. А может быть я действительно стою большего? В конце концов, мужчина, богатый, состоятельный, готов добровольно помочь мне преодолеть трудности моей жизни только за то, чтоб добиться моей благосклонности».

Все это было красиво и необычно, но очень похоже на сделку. И какова же будет ее плата за столь щедрые дары? Этого Марина пока не знала. И пребывала в странном состоянии мысленного оцепенения.

«А, будь, что будет! – в отчаянии подумала она. – Пора спать. Утро вечера мудренее». Она пошла в спальню, укрыла мирно сопящего сынулю еще одним одеялом и, быстро раздевшись, прыгнула в кровать. Ледяная простыня до боли обожгла тело и заставила съежиться и замереть от холода. До слез было жаль себя, такую беспомощную, замерзшую одинокую женщину, которой не к кому, ну совершенно не к кому прижаться и почувствовать тепло и защиту от этого ледяного оцепенения жизни. Как отчаянно холодно жить одной!

Мама часто говорила Маринке, что не стоит принимать важные решения в минуты отчаяния, когда тебе особенно плохо, потому что решение будет деформировано желанием избавиться от тоски или найти избавителя от переживаемых тобой бед и тревог. Но ждать момента счастья для того, чтобы принять важное решение, можно было долго. А холодно, невыносимо холодно было уже сегодня, прямо сейчас, и нет никакой возможности все это терпеть.

Два года назад, в одну из таких холодных зимних ночей она решила уйти от Игоря. И все потому, что лежа с ним в одной постели, она дрожала от холода. Ей невыносимо было это чудовищно-ледяное ощущение одиночества рядом с самым близким человеком!

Вечером следующего дня Петр Васильевич пригласил Марину в ресторан, и решение нужно было принимать немедленно. Вот она и решилась. У них начался роман.

Он был старше ее на 20 лет. Серьезный, опытный человек. Но иногда ей казалось, что перед ней просто мальчишка – так непохож он был в близком общении на маску, которую надевал ежедневно, переступая порог офиса. Он был веселым и добрым, совсем как ее отец. Так смешно и трогательно за ней ухаживал, дарил маленькие подарки и каждый раз незаметно подкладывал в её сумочку конверт с очень большой, по меркам ее зарплаты, суммой. В первый раз она возмущенно выложила ему на стол этот пресловутый конверт и с гневом сказала, что не продается. На что Петр Васильевич мягко сказал: «Мариночка, я ничего не знаю об этом конверте. Это не мое. Заберите это, пожалуйста. Вас купить невозможно, я это знаю. Потому что нет вам цены. Вы – самое драгоценное, что есть в моей жизни». И столько чувства, столько настоящей грусти и любви было в этих словах, что на глаза навернулись слезы, и она выскочила из кабинета, охваченная таким ураганом противоречивых переживаний, что успокоиться смогла только вечером. Когда они сидели с Петром Васильевичем в маленьком загородном ресторанчике, сделанном в виде небольшой охотничьей избушки с очагом в центре, треском дров и настоящим запахом дыма.

Она плакала и рассказывала ему о своей неудавшейся жизни, вытирая слезы и вздрагивая всем телом от тихих рыданий, а он гладил ее по голове и успокаивал, как в детстве успокаивал отец. И был таким родным и таким близким, что никого, казалось, нет ближе на свете. И она потихоньку успокаивалась в его руках, с благодарностью прижималась всем телом и хотела, чтобы это продолжалось целую вечность. Ну, или хотя бы всю оставшуюся жизнь…

Но он отвез ее домой, и жизнь вновь потекла по каким-то своим суровым и неумолимым законам, по которым им не суждено было быть вместе. Какая-то незримая стена постоянно стояла между ними, где бы они ни находились. И Марина знала, что эта стена не выдуманная, а реальная, и состоит она из живых людей. Его жены и двух замечательных кудрявых мальчишек, которых он никогда не предаст, не бросит и не обидит.

Теперь жизнь Маринки изменилась. Она стала шикарно одеваться, у нее появилась машина, квартира была давно отремонтирована и обставлена по последнему слову техники и моды. Сын учился в лучшей, самой престижной школе города. И не было совершенно никаких материальных проблем. Живи и радуйся. Все у тебя есть: и достаток, и ребенок, и прекрасная профессия, и любимый мужчина…

Только счастья почему-то не наблюдается… И ты по-прежнему одна греешь свою огромную одинокую постель в холодные зимние вечера. И можно положить рядом тысячу грелок и зажечь тысячу свечей, но тебе не станет теплее, а жизнь твоя не наполнится светом. Потому что твоя любовь, которая могла бы гореть ярким, прекрасным и полным огнем желания и восторга, тлеет тихонечко и незаметно где-то в самых потайных уголках твоей души. И ты ничего не в силах изменить, даже если очень этого захочешь. Ты только вправе принимать это или не принимать.

А еще можешь от всего этого отказаться и искать свое настоящее счастье. Только как это объяснить ему? Ведь он мечтает, чтобы так продолжалось всегда. Чтобы ты всегда была его красивой игрушкой, милой девочкой, которой он помогает и гладит по голове, прекрасной женщиной его красивой мечты. Все время такой же далекой и недостижимой, как сейчас…

Прошло три года. Многое изменилось вокруг. Но душа Маринки по-прежнему болела о невозможности счастья.
И однажды… В самый холодный день января, когда градусник снова зашкаливал, вновь было так пронзительно одиноко и холодно, что просто невыносимо было нырять в ледяную постель. Как нарочно, в самый критический момент своего отчаяния она снова сделала выбор, только теперь совершенно иной. Она решила искать свое счастье во что бы то ни стало. Но для этого ей нужно было освободиться от страха. И она написала Петру Васильевичу прощальную sms-ку: «Прости, я больше не могу быть с тобой. Я ухожу искать свою судьбу».
И пусть мне будет холодно и страшно, я больше никогда не буду деформировать свой выбор отчаянием ледяной одинокой постели!